Статьи из газет, журналов о В.Г. Белинском (или музее)

История Белинского района
Administrator
Администратор
Сообщения: 169
Зарегистрирован: 30 авг 2016, 09:10
Репутация: 0
Откуда: Белинский
Контактная информация:

Статьи из газет, журналов о В.Г. Белинском (или музее)

Сообщение Administrator » 22 май 2017, 14:36

Статья из газеты "Сельская новь" № 70 от 11 июня 1970 года В. БАГУТСКАЯ (старший научный сотрудник музея-усадьбы В.Г. Белинского).

Я в мире - боец.

В июне 1848 г. журнал "Современник" поместил в отделе "Смесь" некролог: "В Петербурге, 26 мая в 5 часов утра, после продолжительной болезни, скончался известный литератор Виссарион Григорьевич Белинский, на 39 году от рождения. Литература составляла исключительное его занятие и была для него единственным средством к существованию. Плоды его непрерывной осьмнадцатилетней деятельности весьма многочисленны. Без сомнения, невозможность прекратить занятия, при упадке сил, были одной из главных причин пагубного действия чахотки, которая при условиях более благоприятных может быть и не обнаружила бы столь решительного и быстрого влияния, если взять в соображение лета покойного". Большего написать не могли. Даже мертвый Белинский был страшен врагам: его имя запретили упоминать в печати. Белинский жил в эпоху царя Николая I, которого в народе метко окрестили Николаем Палкиным и которого Энгельс охарактеризовал как "самодовольную посредственность с кругозором ротного командира". Николай I начал свое царствование казнями и ссылками на каторгу декабристов, а потом установил в стране режим жесточайшего произвола. Сам он был олицетворением такого порядка. Это было время честолюбия, деньголюбия, корыстолюбия, отсутствия всяких духовных интересов, торжества бесстыдной и наглой глупости, посредственности и бездарности. Это было время, когда душилось все человеческое, талантливое и благородное, когда цензура превратилась в военный устав, а сыскное III жандармское отделение было наделено огромными полномочиями и особенный интерес проявляло к литературе, потому что только в литературе, несмотря "на татарскую" цензуру, была еще жизнь и движение вперед. "Мы живем в страшное время, судьба налагает на нас схиму, мы должны страдать, чтобы нашим внукам было легче жить, - пишет в это время Белинский. - Пока в душе остается хоть искорка, а в руках держится перо, - я действую. Умру на журнале и в гроб велю положить под голову книжку "Отечественных записок". Я - литератор, говорю это с болезненным и вместе радостным и гордым убеждением. Литературе рассейской моя жизнь и моя кровь". И читатели с нетерпением ждали выступление "неистового Виссариона", так звали его друзья. Народная Россия преклонялась перед Белинским, а люди в голубых мундирах во главе с жандармом-царем ненавидела его. Цензура калечила, кромсала его статьи, беспощадно выбрасывая оттуда лучшие страницы, а самому автору постоянно грозили расправой. Но наперекор всему со страниц журналов волновало умы и жгло сердца его пламенное слово. Нелегко было работать В.Г. Белинскому. Тяготы необеспеченной жизни давали о себе знать: здоровье было уже подорвано. Но дело, ради которого он жил, давало ему силы. Это борьба против несправедливого существующего строя, против режима, противного человеческому достоинству. Он уже знал, что станет обличителем и своим оружием изберет литературную критику. Критическая статья Белинского "Литературные мечтания" поразила читателей смелыми обобщениями и необычно глубоким литературным анализом. Статья имела такой успех, что Белинскому поручили критический отдел в журнале "Телескоп". Одна за другой появлялись его статьи, в которых он открывает России Гоголя, Кольцова, Пушкина и с ненавистью и презрением обрушивается на окололитературных дельцов типа Булгарина, Греча, Сенковского. После закрытия "Телескопа", в 1836 г., Белинский сотрудничает в журнале "Московский наблюдатель", а позднее - в журнале Краевского "Отечественные записки". Краевский был ловким литературным дельцом и приобретателем. Условия работы - кабально-тяжелые. Он зачастую заставлял Белинского писать о гадательных книжонках, сонниках, письмовниках и прочей ерунде. "Снедаемый болезнью, для которой балтийский климат был убийственен", Белинский иногда целые недели проводил в мрачном состоянии, в смертельной тоске. А редакция не давала ни минуты отдыха, так необходимого этому измученному человеку, посылала записку за запиской, требуя и требуя статей, и закабаленный литератор со скрежетом зубов брался за перо" и почти без помарок и исправлений писал "те ядовитые, трепещущие негодованием статьи, те обвинительные акты, которые так поражали читателей" своей смелостью и правдой. К голосу Белинского прислушивалась вся мыслящая Россия, он стал властителем дум, учителем жизни. Вокруг него сплотились тогда еще молодые литераторы Некрасов, Тургенев, Достоевский, Гончаров и другие, для которых авторитет Белинского - и критика, и человека - был непререкаем. Его статьи Становились событием не только в литературной, но и в политической жизни страны. В 1846 г. Некрасов и Панаев приобрели у Плетнева право на издание основанного еще Пушкиным журнала "Современник". Белинский ушел от Краевского и стал идейным руководителем этого журнала. Наконец-то он освободился от журнальной поденщины. "Современник" процветает, - писал он московским друзьям, - авторитет его велик, у нас в Питере на него все смотрят как на первый, т.е. лучший русский журнал". И с обычной скромностью умалчивая о своих заслугах, он усиленно подчеркивал заслуги своих друзей. "Повести у нас - объединение", роскошь, ни один журнал не был так блистательно богат в этом отношении; а русские повести с гоголевским направлением теперь дороже всего для русской публики". В "Современнике" Белинский опубликовал статьи, которые и в изуродованной цензурой виде содержали беспощадный приговор существующему строю, призывали к насильственному перевороту. А между тем здоровье Белинского, подорванное убивающей работой, голодом, лишениями, было расстроено до конца. На средства друзей он едет за границу, в маленький курортный городок Зальцбрунн. Лишь минутами воскресала прежняя энергия. В такие минуты и было написано знаменитое "Письмо Белинского к Гоголю", которое переросло рамки частного письма одного литератора к другому, и в рукописи мгновенно распространилось по все России. Возвращаться на родину было нельзя. Белинского ждали, ждали для того, чтобы наконец-то посадить и сгноить в крепости. А Белинского тянуло домой, он "изнывал за границей от скуки, уж очень он был русский человек и вне России замирал, как рыба на воздухе". Осенью 1847 года он вернулся в Петербург и погрузился в работу. Он спешил, он знал, что скоро работа оборвется или смертью, или заточением в крепость. Болезнь действовала все разрушительнее, он с трудом передвигал ноги, задыхался от разрывавшего грудь кашля. Последнюю свою статью он не мог писать сам и продиктовал ее жене. "Я в мире - боец", - писал он в начале своего пути, и как воин, не покинул поле боя до конца. И "что бы ни случилось с русской литературой, как бы пышно ни развивалась она, Белинский всегда будет ее гордостью, ее славой, ее украшением".

Вернуться в «История Чембарского уезда (Белинский район)»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость